Сегодня состоялся перезапуск общественной организации «Открытая Россия», которая была учреждена Михаилом Ходорковским в далеком 2001 году «для реализации благотворительных, образовательных и просветительских проектов».
Из ряда ранних интервью и заявлений бывшего олигарха следует, что «Открытая Россия» — это не политическое объединение, а своеобразная дискуссионная площадка, на которой будут обсуждаться вопросы социальной тематики. Дескать, в России много острых проблем, которые опальный олигарх вместе со своими сторонниками желают и будут решать в рамках проекта. 
Напомним также, что в течение нескольких дней после освобождения Ходорковский заявлял, что политикой заниматься не планирует. Это, якобы, было одним из условий его освобождения.
Однако, уже с первых минут интернет-трансляции «Открытой России» становится понятно, что Ходорковский нарушил все свои обещания — проект на самом деле сугубо политический, в котором нет места для обсуждения острых социальных и общественных вопросов. 
Из короткой вступительной речи олигарха следует, что главная цель Open Russia – консолидация граждан, «разделяющих европейские ценности» для участия в выборах 2016 года, чтобы «попытаться не допустить в парламент самые одиозные фигуры», а также продвинуть представителей меньшинства в законодательную власть. 
Приглашенные к интернет-дискуссии лица и эксперты переходят сразу к делу — говорят, что в России необходима смена режима, причем, совершенно не важно, как это произойдет – путем законных выборов, в результате революции или после экономического краха. О благотворительности, образовании и «острых социальных вопросах» никто и не вспоминает.
Эксперт Алексашенко желает, чтобы РФ постиг «кровавый крах», который станет своеобразным моментом истины для всех. Депутат Гудков говорит о чудовищной миграции из России интеллигенции и грядущей полной изоляции РФ. Какие-то оппозиционные деятели из регионов спрашивают у Ходорковского, каким образом он планирует их поддерживать. В кадре попеременно появляются  представители «элиты российской оппозиционной мысли» — Гуриев, Чичваркин, Кара-Мурза (Владимир), Архангельский и другие. Кто-то говорит о том, что у России нет другого пути кроме европейского. Кто-то заявляет, что надо ждать, пока режим падет, но неплохо бы получить поддержку Европы. Суровые воронежские борцы с Путиным приводят в пример Чаушеску. Ходорковский смотрит на все эти выступления по скайпу со своей фирменной улыбкой, рассуждает о революции и пророчески заявляет, что «все может измениться за две недели»
Нечто подобное, кстати, происходило весной этого года, когда экс-глава «ЮКОСа» организовал конгресс «Украина-Россия: диалог» в Киеве. Форум сторонников мира и диалога внезапно превратился в выездное заседание российских несогласных. Познакомившись со своим новым духовным лидером, оппозиция, как вы помните, начала выступать на стороне Украины. 
Несомненно, сегодняшняя презентация «Открытой России» — это начало «крестового похода» Ходорковского, в котором глава «ЮКОСа» попытается реализовать свою ненависть к современной российской власти через активизацию разрозненных оппозиционных общественных групп. И всё это будет называться «попыткой вернуть Россию на европейский путь развития».
При этом, «Open Russia» не будет пытаться создать новую оппозиционную партию единомышленников — она создаст сетевую структуру, в узлах которой будут так называемые «общественные проекты» и «лидеры мнений» по всей стране. Через Ходорковского все эти персоны, группы и проекты будут снабжаться деньгами и «инициативами», поддержат поддержку СМИ и, скорее всего, международных демократических институтов вроде NED, IRI и USAID.
Надо сказать, что  первые шаги уже сделаны — экс-олигарх привлек к продвижению своего нового проекта не только большую часть активных российских оппозиционеров, но и свои медийные активы, финансированием которых он занимается с начала года – телеканал «Дождь», The New Times и ряд других СМИ. 
В интервью газете «Ведомости» от 20 сентября Михаил Ходорковский на вопрос о том, является ли все это политической деятельностью, отвечает предельно ясно: «Конечно. И если вам — власти, моим политическим оппонентам или союзникам — хочется называть это политической деятельностью, у меня нет никаких возражений, пожалуйста, называйте. Я называю это общественной деятельностью».

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here